?

Log in

No account? Create an account

September 14th, 2007

Вчера я купил дом в деревне Предущельное возле Бахчисарая.

Это ощущается как какая-то важная веха если не на всем моем жизненном пути, то во всяком случае в моей жизни этого года.

Интересно, что это пятый мой дом в Крыму.

Захотелось мне рассказать про все предыдущие.

Итак:

Дом в Крыму № Первый.

Ворон <lj-cut>, одна из лучших усадеб в деревне. Продавался за 3100 долларов ранней весной  2001 года. Но когда я туда приехал, у меня и ста долларов не было. Договорились с хозяином-татарином на выплате в рассрочку в течение полутора лет. Договор написали на листе клетчатой бумаги. У нотариуса не заверили (это стоило типа ста гривен, что ли). Мы стали жить в этом доме с Витой, провели в дом воду и вывели канализацию, начали делать баню, я рьяно принялся за сад и так далее. Через год я выплатил полторы тысячи и собрал остальное, чтобы отдать остаток сразу – но вроде бы из-за ссоры из-за Дома № 2 – дом продавать татарин отказался. Я собирался судиться, но шансов на победу особо не было. Мы продолжали жить в доме, иногда скандаля с татарами. В этом доме родился Данька (он в прошлом году был уверен, что «Ворон» - это только наш дом). В этом доме прошел десяток мистерий, там я написал «Книгу сказочных перемен». Теперь он формально перепродан татарским родственникам (чтобы, как я понимаю, окончательно решить вопрос со мной) и вроде бы продается дальше – уже тысяч за сорок. Мои полторы остались как бы платой за съем (судиться за них тоже почти бессмысленно, насколько я понимаю). Пару недель назад я вынес и вывез оттуда все, что мне было ценно, в том числе сломал печку, которую сам сложил (не ради вреда, а ради «железа» - дверок, заслонки и т.п., которые нужны в печку дома № 4). Задумался, не вывезти ли оконные рамы – тоже я ставил. Пока не стал. Дом сейчас пустой, непонятно чей, завален барахлом, электричества и воды нет. Сад зарос. Деревья, которые я сажал и перепрививал, в этом году дали первые урожаи. Я очень много за него волновался, война с татарином занимала мои мысли и давала очень сильные чувства довольно долго. Сейчас уже все равно. Хочу еще кое-что зимой пересадить из сада, и – хрен с ним, пусть берет кто угодно. 

Дом № 2. Ворон, соседний с Первым домом. За пару месяцев перед тем, как мы туда приехали, сгорел вместе с хозяевами – они же были и бывшими хозяевами Первого. Наш продавец считал его своим. Через год мне страшно надоел вид пожарища и я полез его убирать – хотя бы торчавшие обгорелые стропила и балки. Случившаяся соседка мне сказала: бери, хозяева отдадут. Татарин не имел практически документов на этот дом, а имела бабушка в далеком Красноярске. Я договорился с ней, что сделаю могилу погибшим, а она мне подарит пожарище. Все, что было связано с этим домом, давалось трудно, на второй раз. Татарин сильно обиделся. Я предложил заплатить ему за этот дом столько, сколько платил он, но он захотел в два раза больше (600 долларов), что казалось несправедливым и нереальным. Денег тогда совсем не было. Я сам убрал пожарище (очень гордясь тем, что не вывез никакого мусора, а все утилизировал: дерево сжег, землю просеял и высыпал в огород, металл сдал, а обломки черепицы и шифера закопал и залил бетоном, сделав площадку перед домом). Это было МНОГО работы. Потом я доложил каменные стенки и покрыл дом крышей (на балки пошли дикие деревья, даже на это денег не было, и за спиленный около дома тополь татарин писал на меня жалобу), вставил дверь и окна. Пустой дом стал моей мастерской. Я провел там много счастливого времени. Рядом с домом я сделал уголок (убрав остатки еще двух развалин), где всегда было прохладно. Сад (не очень большой) раскопал и засадил. Все это не было доведено до конца, там никогда никто не жил, потом все опять заросло. Да – дом я оформил на Виту. Сейчас она собирается его продавать (вроде бы есть покупатели за 10 тысяч) и очень сомневается, делиться ли этими деньгами со мной. 

Дом № 3. Ворон, противоположная сторона деревни. Очень чистенький и уютный домик, довольно новый по тамошним меркам (60-го года рождения). На горе, один из самых высоких в деревне. Когда стало ясно, что за Первый дом деньги не берут, я взял собранные деньги, продал машину и на все вместе (за 3200) купил этот домик. У меня была дикая фантазия, что он понравится моим родителям и когда-нибудь они переберутся сюда из Америки. Я никогда там толком не жил, а жили там разными месяцами Саша-столяр, Наташа и Тим с тремя дочками и некоторые гости помельче. Я всегда старался, чтобы жили там люди именно чистые и приятные – в частности, чтобы в доме был и оставался приятный запах. Ничего особенного с хозяйством и садом я там не сделал, делали пришельцы, и делали довольно хорошо (особенно Тим). Я иногда ел там грибы, иногда занимался любовью. Все так и осталось. Сейчас я очень рассчитывал этот дом продать, нашелся покупатель на 20 тысяч, но Вита (на которую, опять же, я его оформил) отказалась. Бог знает, что предстоит этому дому. Скоро, вероятно, я буду подавать в суд на владение в нем половиной – ничего хорошего, а что делать? 

Дом № 4. Таинственное место Улаклы. Этой весной, решив снова осесть, но уже не в Вороне, я принялся искать новый дом. Я выбрал «белый Крым», окрестности Бахчисарая. Я объездил многие прекрасные долины и ущелья. С продавцом мы познакомились Бог знает где на дороге – мы искали каких-то очередных хозяев, а у него был перекур от работы в бригаде дорожного ремонта. Под конец разговора он вяло так сказал, что есть дом в Глубоком Яру – где это, я почти не знал, но цена была симпатичной. Мы заехали туда - огромный недострой возле озера в почти покинутой деревне. мы переночевали там на дворе и очень прониклись тишиной, спокойствием и красотой. Я взял этот дом, не очень понимая зачем, потому что с самого начала было ясно, что это прекрасная дача, но вряд ли дом для постоянной жизни. Я все лето занимался стройкой, благо стройматериалов там осталось много (и за семь лет их не разворовали, что высоко говорит о месте и его обитателях). Бывшая большая деревня Улаклы (откуда еще в 18 веке переселялось в приазовские степи множество греков) в 60-е годы была почти разрушена и опустела – в паре километров выстроили деревню советскую, и переселенцы ломанулись туда, а местных татар уже не было. Такого тихого места я не видел во всем Крыму, где вообще нет почти маленьких деревень (в отличие от России). Там живет человек десять, причем все дома друг от друга далеко. Наш дом ближайший к озеру. Вода родниковая течет прямо в кран. Дом выстроен капитально, я бы так не сделал, три этажа, шикарный балкон наверху. Это, кажется, я уже начал его рекламировать, потому что в следующем году, если не сумею иначе расквитаться с долгами, мне придется его продать. Уже очень не хочется. Место для отдыха – для семинаров – для «монастыря» - очень хорошее. Осенью и весной я все равно засажу его деревьями и кустами. В основном не плодовыми, а местными дикими – дубами, черемухой, барбарисом, вдоль забора шиповником и ежевикой. 

И вот теперь дом № 5. Можете мне поверить, это вообще прекрасное место. Это первый дом, который я оформляю на себя (№ 4 оформлен по разным причинам на двоюродного брата). Задаток за него я дал в мае, то есть уже четыре месяца я алкаю его, навещаю, любуюсь окрестностями. Никогда я не держал в руках столько денег, сколько отдал за него вчера… 

Вот так. Тут Шахерезада обрывает дозволенные речи.