?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

Жертв можно бить

Здравствуй, секс, здравствуй, брак. Вам, пожалуйста, налево, а вам направо. Рассаживайтесь поудобнее. Посмотрите внимательно друг на друга: вы теперь долго не увидитесь.
При встрече вы можете друг друга съесть, вот в чем беда.
Давайте я расскажу вам сказочку.

Жили когда-то две семейные пары. Ненавижу вводить новые персонажи и лица, поэтому давно уже почти не смотрю кино: их и так бесконечно много. Старыми тоже обойтись довольно трудно. Хотя, с другой стороны, проблемы-то общечеловеческие, так что брать можно кого угодно. Так что предположим, жили-были в соседних имениях Евгений Онегин со своей женой Татьяной и Евгений Ленский со своей женой Ольгой. Давно уже отгорели между ними всякие дурацкие юношеские разборки, и крепкая дружба заняла место ссор и ревности. Они поженились леть пять-семь назад, уже подростали дети, и была их жизнь проста и счастлива.
Ну, разве что супруги друг с другом не спали.
Не хотелось.
Никакой психологии! Мы не знаем, почему так было. Просто как-то так вот было. Прекрасные были семьи, но секса в них не было. Остановимся перед завесой тайны и не будем залезать в их постели, чтобы посмотреть, что там и как.
Не будем. Но мы можем послушать разговор друзей-мужчин на выезде. Ну, там, на охоте, на пьянке, или на выезде в губернский публичный дом.

"Что, брат Ленский, опять жена достала?"
"Да, брат Онегин, и не говори. Мне дом родной не мил. И в спальне крокодил".
"Ах, Ленский, а ведь жена твоя – милашка! Я б с удовольствием за нею приударил!"
"Так и приударяй, а я – слуга покорный! Так ревностью достала – мочи нет! Ведь я же верный муж, Онегин, посмотри! А что служанки нравятся порой, или цыганки там какие – ну, ерунда ведь, дорогой! Я говорю: да хрен с тобой, давай мы сами поиграем – ну, будто ты служанка или кто... "Ах, грязный ты мужлан!" – она мне восклицает. "А я чиста, и вот супружеское ложе – я в чистоте его храню!" Храни, храни, и вправду так оно уж чисто – забыл, когда мы трахались на нем!"
"Быть может, ты ей поводы даешь для ревности большие?"
"Не зли меня, Онегин, бог с тобой. Меня ты знаешь – я горяч порою, так ты таков же. Вся разница меж нами – что я пытаюсь быть с ней честным, с Ольгой. Ведь хочется, чтоб вправду – друг сердечный! Мой милый, милый друг сердечный! – как в песенке поется. Ты ж своей спокойно и безбожно врешь. Я удивляюсь, как Татьяны чуткой сердце ей правду не нашепчет – боже мой!"
"Да брось, мой друг, какую правду? Что ездим мы с тобою к проституткам? Иль правду о кредитах в банке? Она ведь знать не хочет ни того, ни этого. Сидит себе спокойно у окошка, на речку смотрит..."
"Да, большой романтик – твоя Татьяна. Только так грустна... Бывает, посмотрю в ее глаза – и сердце замирает".
"Да, кто б ее расшевелил, Татьяну эту... А ведь когда бываешь ты у нас, она счастливее становится на вечер. Уж это точно. Твои истории потом припоминает, и шутки... Я тебя прошу: ты заезжай почаще к нам домой. Хоть с Ольгой и с детьми, хоть сам собой. Со мной она лишь злится, а с тобой – с тобой она оттаивает сердцем. Татьяна, милая, гордячка, злюка!..."

Ах, долгие российские просторы, любая дорога – дальняя, времени вволю! Едут двое мужчин, оба сильные и страстные, как эти северные стихии – Лена! Онега! А с женами своими совладать не могут.

Прошло много-мало времени. Все по-прежнему, то в сердцах холод, то в телах. Люди любят друг друга, а делают друг другу больно. Все реже Онегин и Ленский живут в своих домах, все чаще куда-то скачут. Сестры плачутся друг дружке, крестьяне носят оброк, дети растут, погода – а, и погода дрянь! Вот погода уж точно могла бы быть получше!
Долго ли коротко, да только настала у Ленского с Ольгой совсем плохая пора. Попробовали они съездить в путешествие, но через месяц вернулись, злые и растревоженные. Ольга Владимира заела, он уехал от нее, где-то растратил или проиграл деньги, она его еще пуще заела уже по этому поводу – и так по нарастающей. Был Владимир поэтом, духом, может, и сильный, да телом слаб –слег в горячке. Вот уж когда слег, настал в их доме мир. Это который худой лучше доброй ссоры.
Уже третий день лежал Ленский в горячке, когда в дом их пожаловал изрядно выпивший Онегин.
«О! А почему ко мне гонцов не слали? Привез бы вам отличные средствА! И от горячки, и от глупых мыслей! Ах, Ленский, как ты похудел! Глаза ввалились! Друг мой, так нельзя! На свете этом есть еще прелЕсти! Приятные для глаза и ума вещицы! даже и для рук! Вот Оленька, прелестная собою! Хозяйка милая, я к вам, со мной вино! Прошу со мною разделить сей вечер!»
«Горячке это разве не помеха?» - спросила Ольга.
«Помеха! Я, мое вино, и этот вечер распрекрасный – помеха и конец дурной горячке!»
И так далее, Онегин был весел, словохоотлив, и хозяева расслабились вместе с ним. Выпили изрядно, но не до помутнения. У Онегина, кажется, было что-то на уме, к чему он шел как будто танцевальными фигурами. Он подчеркнуто красиво и приятно ухаживал за Ольгой, и ей это нравилось. В сторону мужа она и смотреть не хотела. В жарко натопленном доме Онегин расстегнул рубашку и разглагольствовал о том, что самое лучшее, когда человек здоров, силен и счастлив, а лучше и богат, и что именно такой завет дал человеку Господь Бог, и когда человек пытается уклоняться от этого, он не просто страдает, а вот именно глупо и непослушно страдает, и ничто его к страданиям не принуждает, кроме собственной воли.
«Брат Ленский, милый ты мой человек, смотрю я на тебя – несчастье из несчастий! Ты дворянин, а сам похож на битого крестьянина. Что ж за холера тебя губит? Но я, признаться, отношусь к тебе с великим уважением, и думаю, что это все ты сам с собой сотворяешь. Никто другой не властен на тобою! Не знаю, почему так нравится тебе несчастным становиться и забитым – но уважение мое мне говорит: то воля Ленского! Таким лежать тут бледным в сорочке грязноватой и стонать – то воля Ленского! И что, мой друг, с ней делать? Своей, другою волей? Я долго думал раньше над всем этим, но нынче просто пьян, и думать не могу. Ты доверяешь мне, мой друг? Хочу тебе урок я преподать. Мне кажется, полезный для здоровья».
Владимир (уже тоже повеселевший) подтвердил, что Евгению совершенно доверяет, и готов на любой урок.
Даже Ольга вмешалась: «Поучи, поучи его, Онегин! А то уже смотреть тошно!»
«Погоди, красавица, не обижай больного! Хотя ведь это правда: смотреть и вправду тошно. По-честному, и мне. Итак, мой друг-несчастье, посмотри: вот ты лежишь, именье в запустеньи – я знаю, что говорю! – кредит потрачен, жёнка недовольна, в журналах не печатался ты – год? Два? Три? Ведь это вправду странно. Про обстоятельства ты мне не говори: я выше отмечал, что то твоя святая воля вот так вот жить. И что же? Ничего.
А вот-ка посмотри ты на меня! Давай, давай, больной, смотри, ведь я – твое лекарство! Ну-с, что же за лекарство, посмотрим…»
Онегин прошел к зеркалу.
«Красив! Здоров! Румянец на щеках! Сил столько, что могу… уу-ух! Друзья мои, позвольте снять рубашку! У вас так жарко… Хочу тебе я показать (и Ольге), как мускулы играют! Не могу – так силы много! Нет, ты пощупай, Ленский! И ты, прелестница моя! И денег много! Хвалиться глупо и нехорошо, но пьяным можно! Понимаешь, Ленский? Благоучтивость мне велела прятать, но пьянство открывает, как всё есть на самом деле! Ты, друг мой, ведь не в обиде на меня?»
И Ленский заверил, что нет. Ему и вправду нравился Онегин, и мускулы его, отточенные светом лампады, и бурные речи, в которых нельзя было не увидеть правды.
«А что ж тебе, Оленька, я нравлюсь?» - спросил Онегин.
«Нравишься», - сказала Ольга.
«И ты мне нравишься, моя душенька. Сколько лет уже смотрю на тебя – все налюбоваться не могу. Это мне не от вина так хорошо, это оттого, что ты глядишь. Ну-ка, иди, садись ко мне на колени!»
«А можно?» - Ольга повернулась к мужу.
«Да уж иди, коли хочешь!» - махнул рукой тот.
«А хочу!» - и Ольга прыгнула на колени к Онегину.
Следующие полчаса Онегин качал Ольгу на коленях и что-то шептал в ухо. Ольга смеялась. А Ленский смотрел на них и испытывал многие чувства. Ревности, кажется, не было в нем. Гораздо сильнее задевали его слова Евгения, и он все силился понять их внутреннюю правду. Счастье жены ему тоже нравилось – вечно недовольное лицо, которое она обращала к нему уже несколько месяцев, смерть как надоели.
«А знаешь, брат, - вдруг обратился к Владимиру его друг, - мы тут с Ольгой хотим прокатиться. По снежному лесу! Тебя позвали бы с собой, но ведь с тобой горячка! Она нынче твоя подруга! Но без благословенья твоего, конечно, никуда мы не поедем. Что ж, Ленский?»
«Что ж, Ленский?» - повторила Ольга.
«Езжайте, Бог с вами», - сказал Владимир.
«Неужто отпускаешь?» - спросила жена.
«Друзья мои, вы самые близкие мне люди, и коли счастье вам – так и мне счастье. И вот еще. Ты, Оленька, замучила меня своею ревностью. Все время так выходит, как будто я ужасный ветрогон, изменщик, грязная скотина, а ты такая ангелица, чистота, сама невинность! И я рад, что вижу сейчас наружи ту правду, что понял и чувствовал раньше. Мы одинаковы с тобой, и это же прекрасно! И я надеюсь, что теперь ты тоже будешь это знать, и ревности не будет больше в нашем доме! Вот это было б драгоценное лекарство! Так что езжайте!»
И Владимир, уставший от длинной речи, откинулся на подушку.
Онегин подошел к нему:
«Спасибо, друг! Так выздоравливай быстрее!»
«Я лень, ты – нега!» - ответил ему Ленский. «До встречи!»

Что же добавить к этой сказке? Разве продолжение. Ленский быстро выздоровел, а как совсем поправился, поехал в Петербург налаживать дела. Дела его пошли, безусловно, лучше – хоть и не поступив на постоянную службу, добился он в свете признания и важных финансовых выгод. О новом сборнике его стихов восторженно писал Белинский… в общем, Ленский, что называется, принял урок. Разве что поднять имение у него еще долго не получалось.
Онегин сохранил с ним дружбу; с Ольгой же скорее ее потерял. Они по-прежнему нередко виделись, но Ольга предпочитала говорить с ним разве мельком и на самые поверхностные темы. В ее глазах все происшедшее той ночью было страшной ошибкой, в которой виновато вино и злая воля рока. Она замкнулась в своем доме и хозяйстве пуще прежнего. Муж чаще жил в Петербурге, она выбиралась туда редко.
Она училась у Татьяны сидеть у окна и смотреть, как осенние Пушкины улетают в теплые края, на прощание красиво курлыча. Татьяна же по-прежнему явно привечала Ленского (хотя бранила его за недостаток внимания к семье). Однажды, оказавшись рядом на прогулке, они заговорили о взаимной приязни, такой теплой и долгой, и Татьяна спокойно сказала, что видела бы в Ленском прекрасного и желанного любовника, кабы только он захотел того и взял на себя отвлечение внимания мужа. Когда Ленский заикнулся, что обманывать друга он не хочет, а напротив, хочет быть с ним открытым и честным, Татьяна сказала, что вот этого она ни в коем случае не допустит. «Знать об изменах Бог не велит», - сказала она, - «кабы я что-то о нем узнала – бросила бы и ушла в монастырь».
Так и осталось.

Comments

( 27 comments — Leave a comment )
skazkoterra
Jan. 28th, 2007 08:21 pm (UTC)
похоже на анекдот, как грузина, выходящего с оперы Евг.Онегин, спросили, что ему больше всего понравилось. А он говорит: про кровать. Знатоки не могут вспомнить - где же там про кровать. А грузин вспоминает: ну, эта, "Онегин, я с кровать не встану..."
sveta_mir
Jan. 29th, 2007 09:24 am (UTC)
Вот ты только представь -
Браво, браво!
Но вот ты только представь, каким ты будешь, когда перестанешь онанировать с этими темами? Как представишь - удали коммент!
skazkoterra
Jan. 29th, 2007 11:20 am (UTC)
Re: Вот ты только представь -
Davay ya tebe skazhu, chto menya v tebe napryagaet v tvoem otnoshenii ko mne (eto chastaya tema mezhdu partnerami, muzhyami-zhenami i t.p.) Tebe ochen nravitsya nekiy obraz, kotoriy ty kak by mne predlagaesh - tipa kak zdorovo, esli ya v etu storonu razovyus. I vo imya etogo prekrasnogo obraza ty legko byesh togo menya, kotoriy segodnya. I tot ya, kotoriy segodnya, etogo obychno ne lyubit. Inogda eto po delu byvaet, no chasche - mimo, i ostaetsya tolko emotsionalniy nepriyatniy privkus, chto tebya stuknuli, vo vsyakom sluchae - ne privetstvovali. Eto pozvolitelno "uchitelyu", no partnerskie otnosheniya mnogo takogo ne vyderzhivayut.
_ms_m_
Jan. 29th, 2007 12:04 pm (UTC)
vo imya etogo prekrasnogo obraza
Opyat' vsplyvaet Sol'veyg. I kak ja ee ponimayu! ;))

A vdrug eto tvoj shans stat' olovyannym soldatikom, poka tebya ne pereplavilo v olovyannuyu lozhku? Chto skazhesh, Perg'unt? :))
sveta_mir
Jan. 29th, 2007 01:06 pm (UTC)
"Жертв можно бить"
Соглашусь с тобой отчасти. Твоя реакция в целом ясна, и весьма закономерна, исходя из того, что ты сам себе придумываешь (ну, насчёт моего образа тебя - как тебе знать). Не перевожу разговор в почтовый только лишь потому, что тема, правда, характерная для многих отношений мужчин&женщин.

Это разное отношение к игре - и кто привык, что по правилам получает пощёчину - видит её и чувствует в только лишь поднятой руке. А рука и не для пощёчины поднималась, может быть...

На самом деле, не для пощёчины, и не для подгонки существа до желаемого образа! Ты спрашивал раньше (вспомнишь без ссылки) - "про нарциссизм или про мастурбацию" - я ответила, что про тебя. Это как бы твой образ, и не дай Бог мне или кому-то ещё подвергать сие сомнению. Ты в этом образе укоренён, в нем все продуманы детали - и мудрость, и дурачество, и пристрастие к жещинам, и волшебство, и пошлость, и много ещё. Это настолько срослось с тобой, это и есть ты.

Смотри, я ведь жестокая. И ласковая. Я - игра противоположностей, я живая. Я - такая. Или я должна действовать исходя из твоего представления обо мне? Это было бы странно. Так почему я не должна говорить "дурачок :)", если вдруг по-моему ты это заслужил?! Говорю тебе: представь, что ты перестал циклиться на теме секса, а, ну к примеру, просто им занялся с любимой.

Или представь себе оранжевого муравьеда! - и это вовсе не означает, что я желаю, чтобы ты стал им, милый!


p.s. ещё странно - параллельное существование в одном пространстве (то есть когда живущие совместно дают друг другу абсолютное право на что угодно, с небольшими взаимными обязательствами) - непригодно для партнёрских отношений, не цепляет. А когда цепляет, так обязательно, значит, бъёт?
_ms_m_
Jan. 29th, 2007 11:48 am (UTC)
Bylo vremya, kogda on anoniroval drugimi temami.
A takzhe mozhno myt' lapki v myl'noj luzhe.
Nu i chto?
skazkoterra
Jan. 29th, 2007 11:52 am (UTC)
spasibo :)
sveta_mir
Jan. 29th, 2007 06:43 pm (UTC)
On voobshe slavnyj chuvak, anonirovat` mozhet chem ugodno.
Восхищаюсь, не иначе! Это от природы, от души :)
skazkoterra
Jan. 28th, 2007 08:42 pm (UTC)
написав это, я воскликнул: Ай да Пушкин! Ай да бычий хуй!
kinzburu
Jan. 28th, 2007 08:50 pm (UTC)
Мн-да-а... Нынче на десерт мардонги ;))
Так кто такие эпикурейцы? А? И вообще, когда ты телефон заведешь ужжо? Тебя Эзра ищет.
skazkoterra
Jan. 29th, 2007 11:12 am (UTC)
Re: Мн-да-а... Нынче на десерт мардонги ;))
zavel: 052-5574739
kinzburu
Jan. 29th, 2007 12:05 pm (UTC)
Re: Мн-да-а... Нынче на десерт мардонги ;))
Spasib :)
kurtka_zadom
Jan. 28th, 2007 09:09 pm (UTC)
хм, а чего комменты то удалять, тем более по делу спрошенные?:)))
skazkoterra
Jan. 29th, 2007 11:13 am (UTC)
a che eto ty so mnoy ne napryamuyu razgovarivaesh, a cherez kommenty? Ol'ka, davay derzhat svyaz. Ya prodolzhayu dumat pro "proekt Israel".
kurtka_zadom
Jan. 29th, 2007 05:54 pm (UTC)
а чего это мне нельзя через комменты с тобой общаться?:))
а на письма я отвечаю.
но медленно.
wanderer_25
Jan. 28th, 2007 09:38 pm (UTC)
в отражениях заблудиться легко...
"Если уподобить построения ума лестницам, которые должны поднять нас к сокровенному, то мы приставляем их не к стенам замка истины, а лишь к отражениям этих же самых лестниц в зеркале собственного рассудка, поэтому, как бы самоотверженно мы ни карабкались вверх и как бы высоко ни забирались, мы обречены в конце вновь и вновь натыкаться на себя, не приближаясь к истине, но и не удаляясь от нее".
skazkoterra
Jan. 29th, 2007 11:53 am (UTC)
Re: в отражениях заблудиться легко...
otkuda tsitata?
wanderer_25
Jan. 29th, 2007 12:56 pm (UTC)
Re: в отражениях заблудиться легко...
гость на празднике бон. в.пелевин
chip33
Jan. 28th, 2007 10:40 pm (UTC)
А короче нельзя было? Букаф жи много!
_ms_m_
Jan. 29th, 2007 11:39 am (UTC)
+1
ofigeti
Jan. 29th, 2007 08:56 am (UTC)
О люди, все похожи вы
На прародительницу Эву,
Что вам дано, то не влечет,
Вас непрестанно змий зовет
К себе, к таинственному древу
Запретный плод вам подавай,
А без того вам рай не рай(П.)

Жофрей де Пейрак этого никогда не забывал как и другие великие любовники
gluk_77
Jan. 29th, 2007 01:59 pm (UTC)
oh uj eti babi! 8-)))))
intervert
Jan. 29th, 2007 04:58 pm (UTC)
Вот тараторить, сегодня как раз в поезде про "пересмотр" читала.
Помоему, тебе давно пора освободится от своего пристрастия к этой ситуации и от пристратия других людей к тебе в этой ситуации.., ну примерно так.,
Отвлекись и просто посмотри по сторонам)
Отпусти себя того, хватить сливаться с собой в пленительном экстазе.
alexjune
Jan. 30th, 2007 11:13 pm (UTC)
Секс и любовь совместимы??
psimedia
Feb. 1st, 2007 12:25 pm (UTC)
вот так вот цынизмом по романтизму - бабах!
им могла бы помочь групповуха, но они - не "доросли".
skazkoterra
Feb. 1st, 2007 05:27 pm (UTC)
Re: вот так вот цынизмом по романтизму - бабах!
да-да, все они про это в разное время думали. Но "не доросли".
"Наверно, в следующей жизни, когда я стану кошкой..."
kannaz
Mar. 30th, 2007 06:32 am (UTC)
Митя, есть классическая книжка на эту тему Джона Ирвинга "Семейная жизнь весом в 158 фунтов". Там две семьи подписываются на перекрестный секс, а потом выясняется, что одни за счет других решали свои проблемы, и наступает реальная жесть. Книга офигенная, если хочешь - привезу.
( 27 comments — Leave a comment )